Jun. 1st, 2012

runo_lj: (Default)
О сущности денег (1)
О сущности денег (2)
О сущности денег (3)
О сущности денег (4)
О сущности денег (5)
О сущности денег (6)
О сущности денег (7)
О сущности денег (8)
О сущности денег (9)
О сущности денег (10)
О сущности денег (11)
О сущности денег (12)

Все современные монетаристские и количественные теории денег (в большинстве своем - американские, из которых наиболее известны теории Чикагской школы), в сущности, исходят из реалий американской финансовой системы. А в этой системе деньгам (денежным символам) придается какая-то собственная стоимость при том, что никакой стоимости, как мы могли убедится ранее, они не имеют. Для большинства американских экономистов банкнота в 5 долларов ничем принципиально не отличается от гамбургера стоимостью в те же 5 долларов, это для них две абсолютно равнозначные стоимости, между которыми существует только чисто функциональное различие - различие в употреблении, но не в сущности. Вот, например, Милтон Фридман, видный представитель Чикагской школы и лауреат Нобелевской премии по экономике 1976 года, пишет, формулируя принципы своей теории:

Для экономических единиц, первичных собственников богатства, деньги представляют одну из форм обладания богатством. Для предприятий-производителей (фирм) деньги являются капитальным благом, источником производственных услуг, которые, соединяясь с другими благами, создают продукты, продаваемые фирмами. Таким образом, теория спроса на деньги представляет собой один из разделов теории капитала и в этом качестве приобретает, пожалуй, не присущие ей самой черты, когда ее объединяют: с ценой каждой отдельной формы капитала; с предложением капитала; со спросом на капитал.

Богатство включает все источники «дохода» или потребительских благ. Одним из этих источников является производительная способность самого человеческого бытия. С этой точки зрения сама учетная ставка выражает соотношение между богатством, выступающим как запас, и доходом, который выступает как поток, так что если Y - совокупный поток доходов, а r - «учетная ставка», то полная величина богатства равна

W=Y/r. (1)

При столь общем подходе доходу не может быть приписано обычное значение, которое мы привыкли измерять. Это есть некоторый «совокупный поток чего-то», относящегося к человеческому бытию, пока не определена величина затрат, необходимых для поддержания на неизменном уровне производительной способности человека; к тому же этот поток подвержен влиянию переходных процессов, вынуждающих его в большей или меньшей степени отклоняться от уровня потребления ресурсов, который в теории считается постоянным и стационарным, т. е. может поддерживаться бесконечно долгое время.

Таким образом, под "богатством" Фридман понимает "поток всяческих благ", и здесь гамбургер перед его носом, пачка долларовых купюр в его кармане, процент, капающий по его депозитному вкладу в банке и даже "производительная способность самого человеческого бытия" - все это находится где-то рядом и в одном потоке, все это некий капитал (любопытно, находится ли в этом потоке собственная жена Фридмана или нет). Все это Фридман застает в качестве данных ему благ, и никакого различия между этими благами он не делает.  Как будто не было прежде никакой истории, и никакой экономики, и деньги и проценты в банке появились одновременно с гамбургерами и из одного и того же благословенного источника вместе с г-ном Фридманом. Осталось только все это посчитать. 

Вопрос, почему деньги в его кармане, будучи просто бумагой, выпущенной ФРС США, являются ценностью, и что позволяет гамбургер, выпеченный и слепленный в фаст-фуде из муки и мяса, приравнять к этой бумаге - для Фридмана просто не стоит. Ну, нету для него такого вопроса! 

А для нас такой вопрос существует. Вернемся к набору товаров и их стоимостей, который мы рассматривали ранее.

1 унция золота = 100 долларов
1 бык = 50 долларов
1 коза = 25 долларов
1 кг пшеницы = 25 долларов
1 кг маслин = 15 долларов
1 метр сукна = 10 долларов
1 кг железа = 50 долларов

Пока доллар обеспечен золотом и 100 долларов можно обменять на 1 унцию золота, между денежными знаками и стоимостями существует вполне конкретная связь. Но в американской финансовой системе происходит интересная вещь: доллар отвязывается от золота и пускается в свободное плавание. Что при этом меняется в мире товарных стоимостей и в их отношении к доллару?

Для товарных стоимостей не изменилось ровным счетом ничего - ведь доллар здесь служит только неким отображением пропорций их стоимости. И мы в принципе вообще можем убрать доллар из этой системы, и тогда 1 унция золота будет обмениваться на 2 быков, или на 4 коз, или на 10 метров сукна. Или, скажем, 1 кг железа можно будет обменять на 0,5 унции золота или 5 метров сукна. В самом деле, ведь стоимостные пропорции не изменились, а значит, остается вполне определенное представление и о пропорциях обмена этих стоимостей. То есть ситуация вернулась к простому товарному обмену, и мы можем только предположить, что со временем золото снова займет место меры стоимости всех остальных товаров, то есть денег.

Но вот в этой системе появляется доллар - уже не привязанный к золоту. Теперь мы можем обменять 1 кг железа, получить 50 долларов, а потом обменять эти 50 долларов, скажем, на те же 5 м сукна или 0,5 унции золота. Является ли здесь доллар мерой стоимостью? Отнюдь нет - ведь у доллара нет никакой собственной стоимости, он служит только для отображения стоимостных различий товаров. То есть просто указывает, что стоимость 1 унции золота вдвое больше стоимости быка и в четыре раза дороже стоимости 1 козы или 1 кг пшеницы. То есть доллар вовсе не измеряет стоимости, а лишь отображает некий масштаб цен. И если мы обозначим стоимость 1 унции золота не за 100 долларов, а за 1000 - от этого ровно счетом ничего не изменится, просто мастшаб цен будет выражен в единицах порядком выше (всюду добавится нолик):


1 унция золота = 1000 долларов
1 бык = 500 долларов
1 коза = 250 долларов
1 кг пшеницы = 250 долларов
1 кг маслин = 150 долларов
1 метр сукна = 100 долларов
1 кг железа = 500 долларов

В первом случае доллар стоил 0,01 yнции золота, во втором - 0,001 yнции, и от этого ничего не изменилось. Потому что здесь уже у доллара нет никакой собственной ценности, привязанной к действительной стоимости какого-либо товара. У него теперь вообще никакой стоимости нет.

При этом доллар вполне сохраняет способность не только отображать масштаб цен, но и служить средством обращения товаров (почему - это отдельный разговор). Правда, здесь он уже обращается не как стоимость, а только как знак масштаба цен. И совершенно понятно, что как-то регулировать обращение товаров и экономику в целом с помощью такого доллара уже невозможно. Ну выпустим мы еще немного долларов - "цены" товаров немного подрастут, причем, вероятно, не сразу одновременно, а в рамках какого-то экономического цикла. И узнать, что стоит за этим повышением цен, будет практически невозможно. То есть экономика в рамках такой финансовой системы становится просто неуправляемой. И самое умное, что смог родить тот же Фридман в качестве рецепта грамотной монетарной политики  - это "отказаться от последовательной денежно-кредитной политики, всё равно приводящей к циклическим колебаниям, и придерживаться тактики постоянного наращивания денежной массы". Все правильно. В рамках американской финансовой системы (а теперь уже и мировой) какая-либо осмысленная денежно-кредитная политика в принципе невозможна, и остается только потихоньку наращивать долларовую массу по мере роста экономики и распространения доллара в мире - наугад.        
runo_lj: (Default)
Теория стоимости (1)
Теория стоимости (2)
Теория стоимости (3)
Теория стоимости (4)
Теория стоимости (5) Разрешение австрийского парадокса
Теория стоимости (6)
Теория стоимости (7) Комментарии к формуле обмена
Теория стоимости (8) Редкие товары
Теория стоимости (9)
Теория стоимости (10)
Теория стоимости (11)
Теория стоимости (12)
Теория стоимости (13)
Теория стоимости (14)
Теория стоимости (15)
О сущности денег
 
Здесь мы в своих рассуждениях подошли к той точке, дальше которой говорить о сущности денег и о том, как они существуют, уже достаточно сложно без ясного понимания другого фундаментального экономического феномена - стоимости. Поэтому мне таки придется изложить свою систему взглядов на природу стоимости, обмена и многого другого, что связано с этим фундаментальным понятием  - по возможности кратко и системно (я бы даже сказал, тезисно). В самом деле, давно пора как-то систематизировать свои взгляды.

Хозяйственная деятельность

Хозяйственная деятельность человека есть деятельность человека в отношении материального мира, состоящая из трех основных процессов: производства, обмена и потребления. 

Выгода

В основе хозяйственной деятельности человека лежит представление о хозяйственной выгоде. Выгода - это экономический синоним слова "хорошо", это цель, причина и главная мотивация к самой этой деятельности. Поэтому понятие выгоды применимо ко всем трем процессам хозяйственной деятельности человека: производства, обмена и потребления - человек стермится к выгоде во время производства, обмена и потребления.  

Понятие выгоды предполагает, во-первых, некий выбор, а во-вторых, сравнение неких двух величин. Это означает, что при всех прочих равных условиях, из всех имеющихся вариантов экономического поведения человек выберет тот, который представляется ему наиболее выгодным. Возможно, что он при этом ошибется, но и в этом случае его выбор будет обусловлен представлением о своей хозяйственной выгоде. Само же понятие выгоды есть сравнение двух величин, то есть приращение этих двух величин. В самом общем виде принцип выгоды можно сформулировать так: "как можно меньше затратить и отдать - и как можно больше получить и потребить".

Выгода производства предполагает, что человек стремится достичь какого-либо результата с наименьшими затратами труда и прочих ресурсов или же с теми же затратами получить наибольший результат. Выгода обмена означает, что человек стремится как можно меньше отдать, и как можно больше получить взамен. Выгода потребления означает, что человек стремится как можно больше потребить при имеющихся ресурсах, или же потребить то же самое при наименьших ресурсах.

Что выступает в качестве величин, которые человек сравнивает в своей хозяйственной деятельности при поиске максимальной выгоды? Это: 1. Труд  2. Материальные ресурсы 3. Продукты труда.

Таким образом, понятие выгоды при производстве будет означать: затратить как можно меньше труда и ресурсов для получения максимального количества продукта. Выгода при обмене будет означать: отдать как можно меньше продукта в обмен на как можно большее количество другого продукта. Выгода при потреблении означает: как можно больше потребить при имеющихся продуктах. 

Стоимость  

Некоторые из указанных величин могут быть вполне ясно определены количественно и соизмерены. Скажем, 1 кг. железа меньше 2 кг железа; 5 бочек вина больше 2 бочек такого же вина; 15 м веревки больше 3 м такой же веревки. Поэтому - если речь идет о производстве - человек будет считать выгодным тот способ производства, при котором он при всех прочих равных условиях получит 2 кг железа, а не 1; или при прочих равных условиях затратит 1 куб.м леса, а не 5. Если же речь идет об обмене, то человек предпочтет за одно и то же количество одного и того же товара отдать 2 бочки вина, а не 5. 

Однако, поскольку человек оперирует в процессе своей хозяйственной деятельности качественно различными ресурсами и продуктами, то проблема их количественного сравнения в целях достижения выгоды представляет собой отдельную экономическую проблему. Что выгоднее получить при всех прочих равных условиях - 1 кг железа или 10 кг леса? На что выгоднее обменять продукт своего труда - на 5 кг шерсти или на 10 м веревки? Мы можем сравнить одну лошадь с другой, или сравнить по весу разные вещи, но как сравнить лошадь с железом, или 5 кг. леса с 3 коровами? Что из этого "больше" и "лучше," и что из этого "меньше" и "худше?" То есть возникает проблема сравнения качественно различных материальных вещей, соизмерение которых невозможно свести к сравнению каких-то их физических или метрических параметров.

Кроме того, такая важная величина в хозяйственной деятельности человека, как человеческий труд, также не поддается прямому измерению и соизмерению - особенно если речь идет о сравнении качественно разного труда (например, выплавки глиняного горшка и рубки дров) и особенно у разных людей.

Наконец, едва ли мы сможем количественно определить выгоду в потреблении. Конечно, если есть вариант выбора между двумя яблоками и одним, выгоднее выбрать два. А если выбрать нужно между потреблением двух яблок или трех груш - количественно определить, что выгоднее, не так просто.

Отсюда возникает специфическое и характерное только для хозяйственной деятельности человека понятие стоимости - для определения величины труда, величины потребления и для сравнения качественно различных ресурсов и продуктов труда, обмена и потребления. Понятие стоимости позволяет человеку количественно сравнить то, что качественно различно или что не поддается какому-либо точному измерению - и таким образом, сравнивая величину стоимости, сделать наиболее выгодный выбор в своей хозяйственной деятельности.    
runo_lj: (Default)
Рассмотрим процесс производства в индивидуальном хозяйстве.

Процесс производства

Во время производства человек затрачивает свой труд и материальные ресурсы (орудия труда здесь также рассматриваются как ресурсы).

Труд есть усилия человека определенной интенсивности в течение определенного времени. Труд - безусловно негативная величина, в том смысле, что при всех прочих равных условиях человек предпочел бы более выгодным для себя затрачивать как можно меньше усилий как можно меньшей интенсивности и как можно в меньший промежуток времени. Если бы у человека была такая возможность - он постарался бы свести труд к нулю, то есть постарался бы избежать труда вовсе. Поэтому всякий труд предполагает определенное принуждение, внешнее или внутреннее (самопринуждение и самодисциплина) - вызванное ли голодом, холодом, страхом перед смертью (инстинкт сохранения), прерыванием рода (инстинкт размножения и заботы о потомстве) или же какой-то другой формой принуждения (скажем, страхом наказания за бездействие, или страхом утратить свое социальное положение).

Величина труда объективному количественному измерению не подлежит, это субъективная величина. Мы можем измерить время труда, но интенсивность труда и все негативные переживания, связанные с приложением усилий и страданиями, вызванными трудом, объективному измерению не подлежат. То, что для сильного человека представляет небольшое усилие, для слабого может обернуться потерей здоровья. То, что для ловкого не составляет особого труда, для неповортливого может стать настоящей мукой. Поэтому свои нравственные и физические страдания, сопряженные с тем или иным трудом, человек может соизмерить только сам. И, конечно, он сочтет для себя выгодным при всех прочих равных условиях тот труд, который доставляет ему меньше страданий и неприятностей и который более кратковременен.

Материальные ресурсы, которые затрачивает человек в процесс производства продукта - издержки - чаще всего могут быть количественно измерены, поскольку они носят объективный материальный характер. Мы можем посчитать количество леса, нужного для отопления печи, количество глины, необходимой для изготовления горшка и т.д. Издержки, как и труд - это величина негативная, в том смысле, что возрастание издержек с точки зрения хозяйственной выгоды есть нечто нежелательное и негативное. Поэтому при всех прочих равных условиях человек предпочитает затрачивать как можно меньше ресурсов - особенно если в добычу и обработку этих ресурсов уже был вложен его труд (скажем, в орудия труда). 

В результате производства возникает продукт  - цель всей производственной деятельности человека.


Процесс потребления 

Процесс потребления состоит в уничтожении или использовании произведенных продуктов труда и имеет целью человеческое наслаждение - утоление чувства голода или жажды, комфорт, хорошее самочувствие, радость и т.д.

Наслаждение - понятие безусловно позитивное, то есть при всех прочих равных условиях человек стремится к максимально интенсивному и максимально длительному наслаждению. Если бы у человека была такая возможность - он превратил бы свое наслаждение в вечное и безграничное. Пределов стремления человека к наслаждению и счастью не существует. 

Величина наслаждения объективному количественному измерению не подлежит, это субъективная величина. Однако сам человек - влекомый своими инстинктами, чувствами, вкусами и прочими субъективными перживаниями - как правило, достаточно четко может сделать выбор между тем или иным благом, ставшим его предметом потребления. Поэтому если стоит выбор между тем или иным благом, или тем или иным набором благ, человек всегда сделает какой-нибудь выбор и примет решение. Следовательно, именно это выбранное благо и представляется человеку большим по величине наслаждения.


Трудовая стоимость

Величина труда, которая была применена при производстве продукта - взятая в своем временном объективном измерении и субъективно-переживаемой интенсивности, а также затраты и издержки тех ресурсов, в добыче и обработе которых был применен труд - составляют величину трудовой стоимости продукта. При всех прочих равных условиях для получения одного и того же продукта человек стремится в своей хозяйственной деятельности максимально возможно уменьшить величину трудовой стоимости. 

Величина трудовой стоимости для отдельного человека в индивидуальном хозяйстве есть величина субъективная, она есть результат его субъективной оценки.

Продукт труда человека есть нечто, в чем воплощен его труд, его пот и его страдания. В этом смысле продукт представляет для него определенную ценность и стоимость - ибо утрата этого продукта означала бы для человека напрасность всего его труда и страданий, пережитых в процессе производства данного продукта.

Примечание. В дальнейшем понятия "стоимость" и "ценность" мы будем использовать как абсолютные синонимы. 


Потребительская стоимость

Как предмет, использование или потребление которого может доставить человеку удовольствие и наслаждение, утолить его жажду и голод, продукт труда представляет для человека определенную ценность. Величина этой ценности определяется интенсивностью и длительностью удовольствия и наслаждения, доставляемого потреблением данного продукта. Это величина называется потребительской ценностью (потребительской стоимостью) продукта.  

Величина потребительской стоимости одного и того же продукта есть величина абсолютно субъективная, зависящая от индивидуальных особенностей человека, его физиологии и вкусов, привычек и пристрастий. Один и тот же продукт для разных людей представляет разную по величине потребительскую стоимость - что выражается в том, что они, скажем, были бы готовы в обмен на него отдать разное количество одного и того же продукта. То, что один человек ценит очень высоко и за обладание чем он готов отдать N+100 единицы какого-либо другого продукта, другой человек ценит  гораздо меньше или не ценит вовсе, и едва ли согласился обменять его даже на N единиц другого продукта. 


Выгода производства

Таким образом, всякий продукт, который человек производит или намерен произвести, предстает для него в двух формах, в виде двух величин - как продукт труда и как продукт потребления. Соответственно, продукт предстает в двух формах - как величина трудовой стоимости и как величина потребительской стоимости. Эти две величины одинаково субъективны, и они имеют противоположную природу: первая есть величина негативная, связанная с длительностью и интенсивностью негативных переживаний и страданий от труда, вторая - есть величина позитивная, связанная с длительностью и интенсивностью наслаждения и удовольствия от потребления продукта. 

Выгода есть разница (или отношение) этих двух величин. Если потребительская стоимость продукта превышает его трудовую стоимость, тогда разница между ними больше нуля (а отношение больше единицы). В этом случае человек считает производство данного продукта выгодным для себя и начинает его производить (или снова воспроизводить). Если же потребительская стоимость продукта ниже его трудовой стоимости - человек рассматривает производство такого продукта для себя невыгодным - то есть неоправданным и нежелательным. В этом случае он начинает искать новое приложение своего труда и ресурсов для изготовления другого продукта, чья потребительская стоимость была бы выше или, как минимум, равна трудовой стоимости.      
runo_lj: (Default)
Таким образом, стоимость как фундаментальное экономическое понятие возникает еще до всякого обмена и вне всякого обмена. И при этом она возникает как стоимость дуалистичная - как стоимость производственная (трудовая), и как стоимость потребительская. Главным и единственным регулятором всей хозяйственной деятельности человека является представление об экономической выгоде. Но понятие выгоды предполагает, что есть нечто одно, что сравнивается и сопоставляется с нечто другим. И этими "нечто" может быть только производство и потребление - начальный и конечный пункт всей хозяйственной деятельности человека, пункт рождения продукта, и пункт его потребления. И только сопоставляя эти два пункта, мы можем принять решение, насколько нам выгодно производить данный продукт - то есть насколько затраты и усилия по его производству стоят его как продукта потребления. А чтобы это определить, мы должны установить две стоимости - трудовую, в которой отражены наши затраты на производство данного продукта, и потребительскую - в которой отражен итоговый результат всего этого процесса с точки зрения потребления. А значит, в поисках выгоды мы должны сравнивать потребительскую стоимость продукта с его трудовой стоимостью.


Поэтому все существующие ныне теории стоимости - ошибочны. Ошибочна классическая теория стоимости Смита-Рикардо-Маркса, так как она выкидывает из своего рассмотрения потребительскую стоимость товаров и все сводит только к трудовой стоимости, и в итоге эта теория приходит к совершенно абсурдным выводам. Ошибочна австрийская теория стоимости, которая рассматривает только "полезность" и "субъективную ценность" продукта - то есть его потребительскую стоимость, но полностью исключает из рассмотрения стоимость труда и издержек, и которая поэтому приходит к не менее абсурдным выводам.


Но вернемся к нашей теории. Трудовая стоимость продукта в индивидуальном хозяйстве является субъективно измеряемой величиной - то есть некой субъективной оценкой человеком всех своих усилий, пота и труда, затраченных на производство данного товара. Как-то измерить эту величину со стороны мы не можем - и мы даже не знаем как и в каких единицах ее измерять. Все, что мы можем сказать - это то, что человек может сопоставлять свои трудовые усилия. И если, скажем, у него будет возможность произвести один и тот же продукт разными способами - он выберет тот, который требует меньше усилий и затрат. Как происходит это формирование выбора, и как человек соизмеряет свои усилия - это, наверное, вопрос психологии, физиологии и регулирования психической деятельности человека. Но нам это совершенно неинтересно, так как нас интересует экономика, а не субъективные восприятия человеком своих усилий и страданий. Важно лишь, что сам человек может это делать и - самое главное - что его усилия, пот и страдания приняли объективированную форму - форму продукта его труда. То, что человек произвел - вот это уже вполне можно и пощупать, и потрогать, и рассмотреть, и измерить.

Точно так же мы никак не можем измерить величину и интенсивность счастья, наслаждения, удовольствия и радости, и даже не знаем, в каких единицах их можно измерять. Ни один мужчина не может сказать, что чувствует женщина во время оргазма. Наверное, психологи или какие-нибудь наркологи что-то по этому поводу сказать могут - но нам это абсолютно неинтересно. Нам лишь важно, что большинство людей и даже дети и животные каким-то образом умеют определять, что им может доставить большее удовольствие, а что меньшее. И доказательством тому - то, что мы постоянно этот выбор делаем. Нам лишь важно, что здесь это чувство удовольствия и наслаждения возникает не произвольно, а при потреблении материального продукта. А вот его мы уже вполне можем измерить. А значит, и потребности человека также поддаются измерению - но не в "единицах счастья", а в количестве и наборе продуктов, которые он потребляет.

Более того, мы постоянно в жизни сопоставляем наши усилия с тем результатом, который мы можем достичь при приложении этих усилий. И если мы считаем, что наши усилия стоят этого результата, что они окупятся - мы начинаем двигаться к цели. То есть в модели сопоставления трудовых затрат на производство продукта с тем итоговым удовольствием и пользой, которую мы получим при потреблении или использовании этого продукта, нет ничего необычного для нас - мы это делаем постоянно на протяжении всей нашей жизни, сознательно или бессознательно. И ровно то же самое происходит в хозяйственной деятельности, и сравнение затрат (трудовой стоимости) и результата (потребительской стоимости) здесь просто происходит через вполне конкретные и материальные вещи - через продукты труда и потребления. Любая хозяйка в пять минут может прикинуть, что для нее будет лучше - сварить суп из дорогой рыбы и накормить голодного мужа, потратив 30 минут, или же испечь пирог для своей мамы, приежающей в гости, потратив на это час. С одной стороны она сопоставляет все затраты и издержки - продуктов, времени, неудовольствия мужа или матери, а с другой  - позитивный результат: вкусный стол и довольную физиономию своего мужа или мамы. Но ровно в том же самом состоит и суть любой хозяйственной деятельности, и происходит это через сравнение двух величин - трудовой стоимости (стоимости издержек) и потребительской стоимости данного продукта.
runo_lj: (Default)
Таким образом, продукт, произведенный человеком в рамках индивидуального хозяйства: как продукт его труда - есть материализованная трудовая стоимость, а как продукт потребления - есть материализованная в том же продукте и в том же его количестве потребительская стоимость. Сопоставление этих двух величин только и может дать ответ, было ли выгодным  производство данного продукта в данном количестве, то есть достаточно ли хорошо просчитал хозяин весь свой производственный процесс - начиная с момента производства и заканчивая моментом потребления.

Падение производительности

Человек - не машина, и поэтому он обладет свойством уставать. Инструмент имеет свойство изнашиваться. Вино имеет свойство прокисать, а зерно - прорастать злаком. Общий закон естества всех вещей говорит нам, что чем больше и дольше вы используете какой-либо ресурс - тем меньше от него со временем становится отдача. Как невозможен двигатель с КПД=100%, так и любой ресурс не может быть использован для достижения абсолютного результата. Поэтому наращивание использования того или иного ресурса дает с каждой новой единицей этого ресурса все меньше отдачи.

Если вам нужно пропахать грядку, то два человека сделают это быстрее и лучше, чем один. Три - лучше и быстрее, чем двое. Но если вы выведите на поле тысячу человек - толку не будет, люди просто начнут мешать друг другу и затопчат все вокруг.

Если вы начнете удобрять почву, то урожайность начнет возрастать. Если вы увеличите количество удобрений - урожайность еще повысится. Но в какой-то момент на каждую тонну удобрения прирост урожайности будет все меньше и меньше, пока, наконец, с увеличением удобрений урожайность и вовсе перестанет расти, или даже начнет падать.  

Закон предельной производительности гласит, что невозможно добиться бесконечного увеличения производства какого-либо продукта, бесконечно увеличивая использование одних и тех же ресурсов - отдача от ресурса в какой-то момент начнет уменьшаться, а, может статься, он даже начнет мешать и портить - и с дальнейшим ростом его использования выпуск продукции начнет даже уменьшаться.

Падение полезности

Человек - не бог, и добиться бесконечного счастья и блаженства на этой земле ему не суждено. Если вы, будучи томим жаждой, выпьете первый стакан воды - он принесет вам огромное облегчение и счастье. Второй стакан воды также доставит вам необычайное удовольствие, и вы с жадностью его выпьете. Третий стакан вы будете пить уже ровно. А четвертый и пятый - уже вряд ли в вас влезут и вряд ли вы получите от них хоть какое-то удовольствие. 

И так происходит абсолютно со всеми благами и наслаждениями на земле. Первая любовь самая сладкая, первая чашка кофе утром самая ароматная, первый кусок блюда самый вкусный. А потом - от каждого нового куска, чашки или поцелуя вы получаете все меньше и меньше удовольствия.  

Увы, но закон насыщения и пресыщения действует не только при производстве и применении ресурсов, но и при потреблении. Это закон нашего бытия, и ему подвластны и вещи, и люди. 

Вовремя остановиться
    
Горшечник вылепил  горшок, раскрасил его и поставил на самое видное место. Потом вылепил второй и поставил его рядом. Потом вылепил третий, четвертый, пятый, десятый...Этот труд стал его все больше утомлять, а горшки в его доме уже некуда ставить. Полезность каждого нового горшка становится все меньше и меньше, и они уже мешают ходить.

Виноградарь собрал урожай и сделал запас вина. На следующий год он снова что-то собрал и сделал вина, но у него еще осталось немного от прошлого года. Через какое-то время ему уже некуда ставить бочки с вином, а пить вино он уже не может. Потребительская ценность каждой новой бочки вина становится для него все меньше и меньше, скоро вино в его глазах совсем обесценится и он начнет его просто выливать на землю. Так какой смысл ему снова и снова трудиться, если потребительская ценность вина для него уже много меньше трудовой стоимости. Ради чего пахать? Где выгода?   

Появление излишков - прямое следствие закона насыщения и пресыщения. Конечно, излишков в природе быть не может (разве может быть каких-то благ слишком много?), они возникают только как локальное явление, где используются одни и те же ресурсы для производства одних и тех же вещей. Излишки - это то, на что потрачен труд и что имеет трудовую стоимость, но чья потребительская ценность для производителя в силу закона пресыщения и падения полезности стала настолько мала, что она уже меньше трудовой стоимости. А стало быть, производство этих вещей и дальше - просто невыгодно.

Только благодаря этому явлению и становятся возможны "излишки" и возникает возможность для обмена и разделения труда.
runo_lj: (Default)
(Для ценителей теоретических нюансов и любителей конфузов в большой экономической науке) 

В австрийской школе (и в целом у маржиналистов) в свое время возник один забавный парадокс. Впервые он появился еще у Менгера, с ним сильно намучался Бем-Баверк (но так и остался посмешищем), он есть у Визера и других маржиналистов, и в целом этот парадокс благополучно докочевал до Хайека и Ротбарда. Состоит он в следующем:

Закон пресыщения (или как чаще его называет - закон падения предельной полезности) гласит, что каждая новая единица блага доставляет нам все меньше удовольствия и пользы. Предположим, у вас есть мешок зерна. Его потребительская ценность для вас велика. Второй мешок для вас также будет иметь определенную ценность, но меньшую, чем ценность первого мешка. Третий, четвертый и пятый мешок - ценность каждого следующего мешка для вас все меньше и меньше. Вы уже накормили зерном скот и птицу, а мешки все прибывают. На 1476-м мешке у вас уже глаза в кучу, и ценность этого последнего мешка для вас близка к нулю.

После этого следует невинный вопрос: а какова же ценность всех этих 1476 мешком вместе (этот вопрос австрийцы сами себе задавали)? И отвечали: ценность всего запаса товара определеяется как произведение ценности последней единицы на количество этого товара. Стало быть, если ценность последнего мешка близка к нулю, то и ценность всех 1476-ти мешков вместе...близка к нулю!  

Австрийцы пытались выпутаться из этой ситуации, но все, до чего они додумались, это утверждать, что стоимость запаса благ зависит от того, как мы считаем блага. Если мы считаем куриные яйца поштучно - мы получим одну стоимость. А если все то же самое начнем считать десятками, то получим совершенно другую. То есть стали утверждать, что расстояние от Москвы до Питера зависит от того, как мы считаем  - в метрах или километрах.  

В свое время я вдоволь  посмеялся над этим великим научным открытием маржиналистов и австрийской школы.

В рамках австрийской теории стоимости этот парадокс в принципе неразрешим. Если мы хотим сохранить верность математике - мы должны поступиться здравым смыслом. Если мы следуем здравому смыслу - мы входим в противоречие с математикой. 

Но в рамках нашей теории этого парадоска не существует в принципе. Просто нужно понять, что стоимостей у товара не одна, а две - потребительская и трудовая. И если потребительская стоимость каждой новой единицы действительно падает, то это вовсе не значит, что благо теряет свою стоимость как таковую - ибо у него сохраняется трудовая стоимость, которая в данном случае вовсе не меняется, а остается той же самой. И если мы хотим получить стоимость всего запаса  - нужно умножить трудовую стоимость единицы на количество блага. Вот тогда эта стоимость не будет равна нулю, и не будет зависить от того, как мы его считаем  - слева направо или справа налево.  
runo_lj: (Default)
Но вернемся к нашему горшечнику и виноградарю.

Таким образом, понятие "излишков", "лишних вещей", "избыточности" и прочих подобных понятий в рамках нашей теории перестает быть для нас только некоей интуитивно-осязаемой метафорой, а приобретает вполне конкретный и точный экономический смысл. Наш горшечник уже налепил столько горшков, что они мешают ему ходить и работать, и он понимает, что часть из них "лишние"  - то есть "излишки". Но где именно проходит эта граница между "достаточностью" и "излишеством" в его производстве? Согласно закону пресыщения ресурсов,  каждый новый вылепленный им горшок требует от него все больше усилий и мук, то есть трудовая стоимость каждого нового горшка возрастает. Но согласно закону пресыщения потребления, каждый новый горшок обладает все меньшей потребительской ценностью для горшечника - он ему нужен еще меньше, чем предыдущий, у него их и так уже полно и ставить их некуда. И вот в какой-то момент трудовая стоимость вновь вылепленного горшка становится равной, а затем и превосходит потребительскую стоимость этого горшка. И именно в этот момент звучит экономическая команда "Стоп!" - производить следующие горшки становится уже экономически невыгодно, и каждый следующий горшок будет для него лишним.   

Что делать горшечнику в этой ситуации? Можно и дальше их складировать в каком-нибудь помещении как груду ненужной утвари, чья потребительская стоимость для него ничтожна. Но хранение вещей - это тоже затраты. Ведь это помещение еще нужно освободить, или построить заново, и как-то охранять  - а это дополнительный труд. Можно горшки просто выкидывать, но какой тогда смысл их вообще производить? Поэтому у горшечника остается только единственный выбор - начать производить что-то другое.

Примерно в той же ситуации оказывается виноградарь. И он тоже сидит, понурившись, ведь чтобы начать производить что-то другое, ему придется вырубить часть виноградника - а в него вложено столько труда! 

И тут они встретились...

Формула обмена

Представляют ли для горшечника трудовую стоимость бочки с вином, которые он видит у виноградаря? Очевидно, что нет. Ведь в эти бочки не вложено ни капли его труда и ресурсов. Значит, и трудовая стоимость этих бочек для него равна нулю. Представляют ли для виноградаря трудовую стоимость горшки, которые он находит у горшечника? Очевидно, что тоже нет, ведь он не вылепил ни одного горшка и никак не участвовал в процессе их производства. 

Представляют ли для горшечника бочки с вином потребительскую ценность? О, да еще какую! Ведь у него нет ни одной бочки вина, и поэтому вино - особенно в первых бочках, для него будет иметь высокую потребительскую ценность.Точно так же, очевидно, и для виноградаря горшки представляют серьезную потребительскую ценность. 

Теперь посмотрим, как оценивают горшечник и виноградарь свои собственные произведения труда. Являются для горшечника потребительской ценностью его горшки? Да у него ими весь дом заставлен, он не знает куда их девать, даром бы раздал! А представляют ли они для него трудовую стоимость? Конечно, ведь на каждый горшок затрачено его время, силы, труд, глина. 

Понятно, что примерно в таком же отношении находится виноградарь к своему вину: бочки с вином, будучи для него излишними, никакой потребительской стоимости для него не представляют (или, по меньшей мере, их потребительская ценность меньше того труда, который он в них вложил). Но в то же время он вовсе не готов просто так вылить вино на землю  - жалко! ведь столько труда было вложено в каждую бочку.  


Обозначим трудовую стоимость за ТС,  а потребительскую стоимость за ПС, а в скобках обозначим, какой именно продукт оценивают горшечник и виноградарь - горшок (Г) или вино (В):

Горшечник                Виноградарь

ТС (Г) =  x1                ТС  (В) = x2
ПС (Г) = 0                   ПС (В) = 0
ТС (В) = 0                   ТС (Г) =  0
ПС (В)=  y1                 ПС (Г)=  у2 

При каких условиях горшечник согласится обменять горшок на бочку вина? Понятно, что при условии, если это ему выгодно. То есть при условии, что потребительская стоимость бочки вина для него больше его оценки трудовой стоимости произведенного им горшка: y1 > х1.

Но виноградарь, в свою очередь, готов обменять бочку вина на горшок только при условии, что потребительская стоимость горшка для него больше его оценки трудовой стоимости произведенной им бочки вина: y2 > x2. 

Если оба эти неравенства будут соблюдены, обмен состоится в пропорции 1 горшок = 1 бочка вина. А если нет - торг продолжится. Но никаким обменом эквивалентными (или тем более равными) стоимостями здесь пока даже и не пахнет.      
Page generated Jul. 21st, 2017 10:34 pm
Powered by Dreamwidth Studios