Mar. 9th, 2012

runo_lj: (Default)
Бюрокартия и олигархия (1)
Бюрократия и олигархия (2)
Бюрократия и олигархия (3)
Бюрократия и олигархия (4)
Бюрократия и олигархия (5)
Бюрократия и олигархия (6)
Бюрократия и олигархия (7)
Бюрократия и олигархия (8)
Бюрократия и олигархия (9)
Бюрократия и олигархия (10)
Бюрократия и олигархия (11)
Бюрократия и олигархия (12)
Бюрократия и олигархия (13)
Бюрократия и олигархия (14)

О том, как грамотно воспользоваться слабостями и неустранимыми противоречиями россиянского олигархического режима для его демонтажа, я уже, наверное, буду подробно писать в отдельном цикле статей - этот и так чрезмерно затянулся. А здесь напоследок я хотел бы коснуться любопытной статьи Пастухова, где тот ставит примерно те же проблемы, что и я в этом цикле статей. 

В целом я согласен с оценкой этой статьи юзером [livejournal.com profile] garden_vlad - "историческая" часть статьи Пастухова никуда не годится. Попытки увидеть в советском строе некое продолжение "русской государственности" абсолютно нелепы и несостоятельны во всех смыслах. А уж желание представить опричнину Ивана Грозного в качестве сути всей русской государственности и вовсе являются уже порядком утомившей отрыжкой советского (сталинского) сознания, со всей ее советской мифологией. Опричнина был лишь эпизодом в борьбе становящегося самодержавия против удельных традиций земельной олигархии, и не более. Но советские никак не хотят признать, что к русской истории они никакого отношения не имеют, и являются порождением строя, всецело Россию и русскую историю отрицавшим, и поэтому так и норовят своих лениных и сталиных из русской истории вывести.  

Гораздо интереснее анализ Пастуховым нынешнего режима. Его он тоже каким-то образом записывает в традиционный тип "русского государства". У русского государства, пишет Пастухов, всегда существовало две ипостаси - внутренняя и внешняя.

Это заставляет присмотреться к русскому государству в целом пристальнее. Его способность, оставаясь неразвитым, обеспечивать развитие – не случайность. Она во многом обусловлена дуалистической, двухуровневой природой этой государственности. Как справедливо заметил Юрий Пивоваров, на протяжении последних нескольких столетий русское государство существует в двух ипостасях – регулярного (внешнего) и чрезвычайного (внутреннего) государства. Слабость институтов первого всегда компенсировалась вездесущностью и силой неформального влияния второго.

Без параллельной власти, этого своеобразного встроенного в повседневное управление «государства в государстве», Россия не только не смогла бы достигнуть тех исторических высот, на которых она расположилась сегодня, но и вряд ли сохранилась бы в качестве суверенного государства в пределах своих нынешних границ. В России на протяжении нескольких веков чиновники были разделены на когорты, одна из которых (привилегированная) контролировала и направляла работу всей остальной бюрократии. Это и было своеобразным разделением властей «по-русски».

«Внутреннее государство» в России могло принимать разные исторические формы, эволюционируя от опричнины до советской номенклатуры, но во все времена ей были присущи некие общие «сквозные» черты: она напрямую замыкалась на «национального лидера» (как бы он ни назывался – царь, император или генсек), представляя собой, прежде всего, инструмент его личной власти; она была спаяна определенной идеологией, которая больше напоминала религию; она имела существенные экономические и политические привилегии. Опричником всегда было быть выгодно, почетно и безопасно.

  
Здесь мы снова сталкиваемся с вопиющей безграмотностью и невежеством советской гуманитарной интеллигецнии, которая для объяснения совершенно обычных и понятных вещей прибегает к каким-то мифам и высосанным из пальца построениям. Конечно, никакого "внутреннего" и "внешнего" государства в России никогда не было, как не было каких-то отдельных "когорт" чиновников. То, что Пастухов понимает под "внешним и внутренним государством" - это обычное для всякого политического строя разделение регулярной бюрократии и правящего политического класса. И такое разделение существует повсюду, потому что бюрократия, как я уже писал, не может выступать в качестве политического класса, и над ней всегда стоит политический класс и политический режим, которому она и подчиняется - монархический, олигархический или демократический. Все эти попытки Пастухова обнаружить какие-то "особенности русского государства" в том, что составляет обычное явление для государства как такового, выглядят просто смешно. Именно политический класс и политический режим - который и формирует часть высшего чиновничества - и осуществляет политическое управление государством, в то время как бюрократия является только управительным механизмом. И это происходит в любом государстве и при любом режиме. Отсюда же вытекают и все те свойства "внутренней бюрократии" (то есть политического класса и политического режима), о которых пишет Пастухов - и все это также является совершенно обычным явлением.

Естественно, эти черты мы обнаруживаем и у советского политического класса - партийной номенклатуры. Причем здесь вообще русская государственность? В любой стране и во все времена политический класс формируется отдельно от бюрократии и именно он потом и управляет государством. 

Ну, а по поводу природы россиянского олигархического строя и о взаимоотношениях между частной олигархией и чиновной я подробно написал в этом цикле. Как и о причинах того, что политический класс россиянской олигархии, по выражению Пастухова, организован как "бандитская аристократия" - ведь сам статус россиянской олигархии как политического класса олигархии основан исключительно на беззаконии, и никак иначе он обоснован быть не может.

Ну а в целом местами любопытная статья, рекомендую. Если убрать весь обычный для советской гуманитарии маразм и исторические заскоки советского сознания, анализ путинского режима очень неплохой.
runo_lj: (Default)
Из речи Черчилля в Палате Представителей 5 ноября 1919 года.

Нет надобности преувеличивать роль, сыгранную в создании большевизма и подлинного участия в русской революции, интернациональных евреев-атеистов. Более того, главное вдохновение и движущая сила исходят от еврейских вождей. В советских учреждениях преобладание евреев более чем удивительно, И главную часть в проведении системы террора учреждённого чрезвычайной Комиссией по борьбе с контрреволюцией, была осуществлена евреями и, в некоторых случаях, еврейками. Такая же дьявольская известность была достигнута евреями в период террора, когда Венгрией правил Бэла Кун. Похоже, что Евангелию Христа и проповеди антихриста предначертано было родиться в недрах одного и того же народа, и что эта мистическая и таинственная раса была избрана для высших проявлений как божественного, так и дьявольского….

Всемирный заговор для ниспровержения культуры и переделки общества на началах остановки прогресса, завистливой злобы и немыслимого равенства продолжал непрерывно расти. Он был главной пружиной всех подрывных движений 19-го столетия; и наконец сейчас эта шайка необычных личностей, подонков больших городов Европы и Америки, схватила за волосы у держит в своих руках русский народ, фактически став безраздельным хозяином громадной империи. Нет нужды преувеличивать роль этих интернациональных и большей частью безбожных евреев в создании большевизма и в проведении русской революции. Их роль несомненно очень велика, вероятно она значительно перевешивает роль всех остальных.


Вот так-то. То есть британская элита вполне отдавала себе отчет о характере большевицкой революции и о природе советского строя.
runo_lj: (Default)
Афинский суверенитет
Афинская демократия

К сожалению, политическая безграмотность россиян носит какой-то устрашающий характер. Причем это касается даже тех, кто, казалось бы, по самому роду своих занятий должен бы разбираться в политической азбуке (ну, скажем, совсем недавно я разобрал дикую по своему невежеству статью некоего "политолога" Святенкова). Кроме того, понятно, что после падения нынешнего режима России понадобится новая конституция, и было бы неплохо понимать базовые конституционные принципы демократии, олигархии и монархии и уметь их различать. В связи с этим я снова обращаюсь к Аристотелю, который еще 2,5 тысячи лет назад проделал за нас эту работу и классифицировал конституционные принципы для различных форм правления.

Аристотель, прежде всего, разделяет власть на законодательную, исполнительную и судебную, и рассматривает принципы их формирования по-отдельности, причем наиболее важной властью Аристотель считает законодательную.

Обратимся теперь снова как к общему, так и к более тщательному рассмотрению отдельных частей, составляющих основу каждого из видов государственного устройства, после того как надлежащее исходное начало их нами установлено. Во всяком государственном устройстве этих основных частей три; с ними должен считаться дельный законодатель, извлекая из них пользу для каждого из видов государственного устройства. От превосходного состояния этих частей зависит и прекрасное состояние государственного строя; да и само различие отдельных видов государственного строя обусловлено различным устройством каждой из этих частей. Вот эти три части: первая – законосовещательный орган, рассматривающий дела государства, вторая – должности (именно какие должности должны быть вообще, чем они должны ведать, каков должен быть способ их замещения), третья – судебные органы.
Функции законодательной власти и способы ее формирования Аристотель определеяет следующим образом:
Законосовещательный орган правомочен решать вопросы о войне и мире, о заключении и расторжении союзов, о законах, о смертной казни, об изгнании, о конфискации имущества, об избрании должностных лиц и об их отчетности.

Решение всего этого круга дел может быть поручено либо всем гражданам, либо части их (например, какому-нибудь одному должностному лицу или нескольким), или же решение некоторых дел может быть предоставлено всему составу гражданства, а решение других – части его.
При демократии формирование и функционирование законодательного органа происходит следующим образом:
Демократическим началом является то, когда все граждане решают все дела, поскольку к такого рода равенству демократия и стремится.

Если решают все, то осуществляться это может несколькими способами. Один из них заключается в том, что решение предоставляется не всем гражданам в полном составе, но между ними соблюдается известная очередность; таково государственное устройство Телекла Милетского. И при других государственных устройствах должностные лица, сойдясь вместе, совещаются, должности же замещаются всеми гражданами поочередно, в порядке фил и даже еще более мелких подразделений гражданской общины, пока не пройдут все; в полном составе граждане собираются на совещание только тогда, когда речь идет о вопросах законодательства и вопросах, касающихся самого государственного устройства, а также для выслушивания распоряжений должностных лиц.

Другой способ состоит в том, что совещаются все вместе, но сходятся только для избрания должностных лиц, по вопросам, касающимся законодательства, войны, мира и принятия отчета, во всех же остальных случаях действуют особые для каждой отрасли управления должностные лица, назначенные из всех граждан путем избрания или посредством жребия.

Третий способ: граждане собираются по поводу избрания должностных лиц и принятия отчетов и чтобы совещаться о войне и союзах; остальными делами управляют должностные лица, назначенные по мере возможности путем избрания, что бывает особенно необходимо для тех должностей, которые требуют от лиц, облеченных ими, специальных знаний.

Четвертый способ состоит в том, что все граждане совещаются в объединенном собрании обо всех государственных делах; должностные лица ни по какому вопросу не могут выносить своего решения, но дают только предварительное заключение. Этот последний способ применяется в настоящее время в крайних демократиях, которые, по нашему мнению, соответствуют династической олигархии и тираннической монархии.

Все эти способы свойственны демократическому строю.
Поскольку законодательная власть является важнейшей, то при демократии именно законодательный орган становится центральным органом управления демократии. Отсюда особое значение приобретает способ формирования этого органа, его функции, и его роль при формировании исполнительной власти.

В первом случае, как нетрудно понять, законодательный орган формируется по территориальному принципу - когда каждая территориальная община (в Афинах это были филы) поочередно формирует законодательный орган и замещает своими представителями государственные должности. Именно так формировалась законодательная власть в демократических Афинах: высшим законодательным и государственным органом было Народное собрание (экклесия), в котором принимали участие все свободные граждане Афин. Однако экклесия созывалась лишь для решения наиболее важных вопросов в жизни полиса, а в периодах между созывами экклесии работал совет пятисот - булэ - который формировался на основании территориальных единиц (фил), и представители каждой из десяти фил Афин правили в течение 1/10 года, затем поочередно заменяясь на представителей следующей по очереди филы.


Вообще же, очень часто при обсуждении демократических констиционных принципов у нас упускается из вида проблема территориального представительства. Обсуждают соотношение полномочий между парламентом и исполнительной властью, но то, что демократия должна обзательно включать в себя момент территориального представительства - об этом часто забывают. Между тем, демократия предполагает не только равенство всех граждан, но и равенство территорий - то есть, говоря современным языком, демократия невозможна вне принципов федерализма и равенства отдельных территориально-административных единиц. Для Эрэфии эта проблема особенно актуальна, так как национальные республики сегодня де-факто имеют больше прав, чем русские регионы, и без уравнивания в правах территорий говорить о какой-то демократии в России просто бессмысленно.

Понятно, что при этом главный законодательный орган страны лучше формировать не на основе представительства территорий, а как демократический орган всей единой суверенной нации, а для территориального представительства лучше создать отдельный орган. В современном мире эта проблема общегражданского и территориального представительства решается путем учреждения двухпалатного парламента, когда нижняя и главная часть парламента избирается на основе всеобщего избирательного права и представляет собой всю нацию, а верхняя палата формируется из представителей территорий, которые и выступает в ней не как представители всей нации, а как представители своих территорий. В сущности, в нынешней конституции Эрэфии это так и есть, и верхняя палата - Совет Федерации - формируется как орган представительства субъектов, другой вопрос, что и сам законодательный орган, и Совет Федерации при путинской олигархичекой хунте был лишен какой-либо значимости и был полностью подчинен чиновной кремлевской олигархии.

В Афинах, в сущности, законодательная власть формировалась на тех же принципах, и экклесия выступала в роли нижней части парламента, а булэ - верхней, правда, при этом по понятным причинам экклесия не работала постоянно, и в периоды между ее созывами вся законодательная власть переходила в верхнюю, постоянно действующую часть парламента, сформированную по территориальному принципу.  

Во втором и третьем случае демократическая власть действует на основе всеобщего равенства, а не на основе территориального представительства. При этом все должности являются выборными - либо путем жребия, либо путем голосования. Законодательный демократический орган уполномочен:

1. Назначать должностные лица.
2. Принимать отчеты об их деятельности.
3. Принимать законы.
4. Решать вопросы войны и мира, а также вопросы союзов - то есть занимается дипломатией и определением внешней политики.

Таким образом, весь суверенитет нации при демократии сосредотачивается в законодательном органе, в работе которого принимают участие все граждане. Понятно, что в современном мире все граждане не могут непосредственно участвовать в политике, и поэтому особое значение приобретает механизм избрания самого законодательного органа - то есть выборное законодательство и прозрачность самих выборов. Отдельную проблему сегодня представляет и контроль нации над работой избранного демократического законодательного органа.

Отдельный вопрос конституционного строя состоит в способе замещения должностей. При демократии все ключевые должности являются выборными - это делается напрямую через всеобщие выборы, либо же назначением должностей занимается законодательный орган.

Важным механизмом демократии является также институт референдума и плебисцитов, когда какие-то отдельные важные вопросы также могут быть вынесены на всеобщее обсуждение и голосование. Отмена референдума в Эрэфии была наиболее зримым проявлением олигархической антидемократической сути нынешнего режима, и возвращение этого демократического института должно стать обязательным пунктом в программе любых демократических сил в России.

Четвертый случай в классификации Аристотеля представляет собой крайнюю демократию, когда должностные лица лишены какой-либо реальной власти и все решения принимает законодательный орган, а должностные лица могут лишь представлять на обсуждени и утверждение свои инициативы и предварительные заключения. Такую форму крайней демократии Аристотель считает губительной, и приравнивает ее по своей вредности к крайней форме олигархии и тирании.
Page generated Sep. 24th, 2017 09:13 pm
Powered by Dreamwidth Studios