Jan. 12th, 2012

runo_lj: (Default)
За год из российского бюждета украли более 700 миллиардов рублей

Генералы воруют столько, что не знают, куда потратить украденные деньги

ЦБ: чистый отток капитала из РФ за 2011 год составил $84,2 млрд

Для полноты картины можно было бы вставить новость о том, как в Брянске младенец погиб, провалишись в коллектор, и как полицаи кладбище оцепили, опасаясь беспорядков, но я не буду этого делать. Скоро выборы, лидер режима Владими Путин снова напишет план Путина и пойдет побеждать всех врагов России. Поэтому нужен позитив.
runo_lj: (Default)
Начинаю цикл статей о русском самодержавии. Почему это важно? Потому что если есть в России нечто, что составляет ее суть и "идею", нечто глубоко национальное и неповторимое - то это, конечно, не vodka, matroshka и balalayka, а именно самодержавие. Если мы хотим понять свою историю и самих себя - то нам, прежде всего, нужно понять, чем было и чем является (да-да!) русское самодержавие. Именно оно и составляет и определяет все политическое и социальное бытие России на протяжении всей ее истории, это, если хотите, и есть та самая "русская идея", поиском которой занимались лучшие русские умы. Причем явление это абсолютно самобытное и глубоко национально-русское. Это не плод политического скопидомства и интриг московских княжей, это не результат влияния татарского ига, и даже не заимствование византийских форм государственности. Самодержавие возникло на Руси сразу же, как только здесь возникли первые ростки государственности, и потом на протяжение столетий лишь несколько изменяло свою форму или искало новые формы. Нравится нам это или нет, но русское самодержавие есть только и исключительно плод политического и исторического творчества русского народа, и его невозможно отменить, не отменив русский народ. Но изменить здесь что-то мы можем, а для этого мы должны понять, что оно есть по своему существу.  


Начну с самых общих политологических вещей. Здесь я буду следовать классической схеме Аристотеля и Л.Н. Тихомирова. Важнейший вопрос для определения природы власти сводится к вопросу о том, из чего или от кого исходит ее легитимность и суверенитет - то есть вопрос о том, что, в терминологии Тихомирова, делает эту власть - Верховной властью (ВВ). Верховную власть следует отличать от управительной, которая сама по себе суверенитетом не обладает, но лишь черпает свою легитимность от Верховной власти. Например, верховной властью (экономической) на частном предприятии обладает его владелец, но он может нанять менеджеров и управляющих, которые от его имени (силою его власти) будут управлять предприятием. Владелец может поменять управляющих по своему усмотрению, а управляющие сменить владельца или пойти против его воли не могут. Если же предприятие акционировано, то верхованая власть над ним принадлежит акционерам, которые напрямую с помощью голосования или через своих посредников назначают и выбирают управляющих, совет директоров, и таким образом управляют предприятием. В этом случае директор предприятия является лишь управительной властью, а верховной властью обладают акционеры. Управительные органы (менеджеры, инженеры, бригадиры, совет директоров  и т.д.) могут быть разными и иметь разные формы, но источник власти на этом предприятии всегда четко определен - это один, несколько или множество его владельцев. 

Примерно то же самое происходит и в политике, и здесь мы также должны четко различать власть верховную и власть управительную. И понятно, что в зависимости от того, от кого исходит власть - от одного, нескольких или многих - и различают государства по природе власти и суверенитета на монархию, аристократию и демократию. При монархии может существовать очень сильный аристократический слой, который может занимать все посты в системе управленческой власти. Но если легитимность любого представителя этой аристократии исходит от монарха, то, понятно, что в данном случае мы имеем дело именно с монархическим строем, а не аристократическим. Напротив, слой аристократии может выдвинуть из своих рядов вождя - короля, князя, конунга, - который, опираясь на силу оружия этой аристократии, будет издавать указы, объявлять войны и т.д. Но в этом случае ясно, что мы имеем дело с аристократическим строем, и именно от аристократии исходит вся власть и легитимность монарха, а сам монарх выступает лишь в роли управительной власти, которую ему делегировала аристократия. Таким образом, под одной внешней формой правления  - монархией - может скрываться совершенно разная по своей природе власть. В любом государстве мы всегда найдем какое-то единоличное лицо, главу государства, найдем некий слой управленцев, и найдем народ. Но природа такого государства определяется не его названиями и не внешними формами, а только и исключительно источником легитимности и суверенитета в этом государстве - то есть тем, кто из этих слоев (народ, управленцы или глава государства) наделен Верховной властью. И в зависимости от того, кто является источником власти, и будет определяться природа такого государства.

Идея Тихомирова о необходимости различать власть Верховную и Управительную мне представляется очень продуктивной, и именно ей я буду следовать в дальнейшейм, так как она позволяет глубже понять сущность того или иного государства, не обманываясь его формами. Следует лишь добавить, что если Верховная власть всегда одна и неделима, то Управительная власть, как правило, делится на исполнительную, судебную и законодательную. Деление управительной власти при этом нисколько не отменяет единство и неделимость Верховной власти.   
runo_lj: (Default)
Русское самодержавие (1)

А теперь присмотримся внимательно к истории европейской и русской. История Европы - это история завоеваний (чаще всего германскими племенами). Типичная для Европы история: пришел Людвиг (Хельвиг, Освальд) со своей братвой, прирезал местного царька, обложил народ данью, построил на самой высокой горе большой замок, и теперь правит оттуда своим герцогством. Рядом с ним соседнюю местность покоряет другой такой же герой, строит такой же большой замок и становится таким же правителем. Соседи между собой иногда воюют, иногда мирятся, а иногда объединяются для покорения третьего соседа. В результате из их среды выделяется один какой-нибудь наиболее отважный, или хитрый, или просто удачливый головорез, которого они объявляют своим королем и становятся его вассалами.

Вот это и есть история Европы - феодальная и политическая. И совершенно очевидно, что западная монархия имеет аристократическое происхождение, а европейские централизованные государства возникли как аристократические монархии, пока один из них, "первый среди равных", постепенно не стал Верховной властью, получив право даровать лены, возводить в рыцарство и судить своих вассалов, превратившись, таким образом, в источник легитимности и суверенитета для своих вассалов. Европейский абсолютизм в Англии и во Франции имеет феодально-аристократическое происхождение. В Польше аристократически-монархический строй так и не стал монархическим, а в Германии даже централизованной власти так и не возникло.

А где же народ? А народ вел вековую борьбу с европейской аристократией за свои права и независимость, как сама аристократия вела такую же войну перед лицом абсолютизма и Папства. В результате в Европе складывается система взаимнопризнанных прав и привилегий, где у любого феодала лежала грамотка от короля на определенные права, а у представителей третьего сословия лежали такие же грамотки от самих феодалов, позволявших им платить строго оговоренные налоги и варить пиво в строго оговоренных количествах. То есть возникает сложный социально-политический и правовой организм, где каждый борется за свои права и внимательно наблюдает, чтобы шустрый сосед или местный аристократ не прибрал к рукам его добро. Вот откуда в Европе возникает и правовая культура, и социальные институты, и - чуть позднее, когда привилегии аристократии были распространены на третье сословие - демократия и права человека.

В России никакого завоевания не было. Можно верить или не верить летописному сказанию о призвании варягов, но весь последующий ход истории однозначно говорит нам о том, что монархическая власть и централизованное государство в России имели демократическое происхождение. Во время реформации немецкие князья приняли правило: чья власть - того и вера. И после этого население на их территориях приняло веру своего правителя - обратившись в лютеранство или оставшись в католичестве. Никто и не пикнул. А в Москве только слух о том, что Царь и бояре решили принять какую-то ересь, вызвало бунты. Если в Париже какой-нибудь герцог прирезал короля и захватывал трон, то народ относился к этому совершенно безучастно - разборки господ его мало касались. А в Москве только слух о том, что объявился законный наследник царевич Дмитирий, немедленно поставил под сомнение власть вполне законно избранного Царя Бориса (который, между прочим, правил совсем неплохо). Причем опасность состояла не в том, что к самозванцу могли примкнуть недовольные бояре, а в том, что власть Бориса немедленно становилась нелегитимной в глазах русского народа.

И кто-то после этого будет утверждать, что европейский абсолютизм и русское самодержавие - это "что-то примерно одинаковое"? Абсолютно разные истории, и при некоторой внешней схожести - совершенно иная политическая и социальная реальность. Так какой смыcл пытаться запихнуть русскую историю в совершенно чуждые для нее понятия, выработанные в совершенно других условиях чужой истории? Не лучше ли искать объяснение и понимание русской истории в ней самой, а не в чуждых для нее понятиях и концепциях?

Демократия в России не может прийти к нам с Запада, путем простого копирования и заимствования западных форм и институтов. Она может состояться только как чисто русское явление, исходя из нашей собственной истории и политической культуры. И для того, чтобы она состоялась, нам просто таки необходимо понять центральное явление всей русской истории - природу и суть русского самодержавия.
runo_lj: (Default)
Русское самодержавие (1)
Русское самодержавие (2)

Холмогоров вчера статейку написал, в которой разбирал природу олигархического режима, и пришел к выводу, что олигархия суверенитетом обладать не может (то есть, в терминах Тихомирова, не может выступать в качестве Верховной власти). 

Меньшинство оно всегда при ком-то. Аристократия и олигархия - это всегда служебный и вспомогательный организационный строй либо при монархии (секулярной или священной) или при народоправстве. Иногда олигархия может почти полностью узурпировать управленческие функции, стать всевластным правительством - и от имени самодержавного государя и от имени самодержавного народа (как, к примеру, якобинцы). Иногда олигархия может конституционно закрепить свои привилегии - будь то в Палате Лордов (хотя на деле Палата Лордов давно уже собирает пену олигархии, а не настоящих властителей), или в 6 статье последней Советской Конституции...Но никогда, нигде, никто не может приписать олигархии свойства власти, имеющей источник в самой себе. Либо это олигархия при единовластии, либо при народовластии. Иначе - никак.


Холмогоров здесь явно путает верховную власть с управительной - на мой взгляд, аристократия вполне может быть источником суверенитета, а в качестве вождя выдвинуть одного из своих, оставив при этом за собой все прелести суверенитета. То, что правлению обычно требуется единоначалие, нисколько не говорит о том, что этот единоначальник при аристократии и есть носитель суверенитета (например, король в Речи Посполитой им не был, а избирался на Сейме). Кроме того, аристократия может выдвинуть не одного лидера, а двух (как это сделал Римский Сенат), или сразу нескольких (как это было в Венеции) - как раз из опасения, что единоличный правитель сможет провести отчуждение суверенитета от аристократии или олигархии. Но при этом носителем суверенитета все равно оставался римский Сенат и венецианская олигархия, а консулов и дожей, пытавшихся присвоить суверенитет, немедленно убивали.

Но проблема здесь на самом деле еще глубже. Природа власти вообще такова, что всегда возникает вопрос, каким образом меньшинство или даже кто-то один начинают повеливать множеством (Иногда это выглядит очень впечатляюще). И, строго говоря, совершенно понятно, что власть (в любых ее формах) возникает из самого этого множества. Власть над множеством людей не может существовать без самого этого множетсва людей, без народа. И весь вопрос в том, что именно заставляет это множество людей повиноваться воле стоящего над ними правящего меньшинства или даже какого-то одного человека.

То есть вопрос о легитимности и суверенитете власти всегда адресован не к правящим, а к тем, кем правят, к подвластному множеству. Какой смысл спрашивать у тирана или главаря шайки, по какому праву он отдает приказы и распоряжается чужой волей? Он наплетет все, что угодно  - что он правит, так как он самый лучший, самый сильный, или потому что он является воплощением Супермена. Гораздо полезнее и разумнее спросить у тех, кто состоит в его шайке и кто подчиняется его воли, что заставляет их повиноваться, не так ли? То есть источник легитимности всегда находится не у тех, кто правит, а у тех, кем правят. Это они должны нам объяснить, что заставляет их подчиняться приказам и воле вышестоящего начальства, командира, президента или царя. Возможно, они просто боятся насилия, и тогды мы поймем, что власть в данном случае зиждится на насилии, и легитимность власти в таком обществе исходит из того, что у одних есть оружие, а у других его нет, что одни умеют с ним обращаться, а другие - нет. И  тогда мы поймем, что имеем дело с обществом, в котором правит военная аристократия, например, где власть основана на военной доблести. Возможно, что люди скажут, что они подчиняются власти, так как правящие принадлежат к высшей касте воплощенного божества. И тогда мы поймем, что имеем дело с обществом, основанном на религиозной вере и авторитете, в котором правит теократическая аристократия или теократический монарх. А возможно, люди скажут, что подчиняются вышестоящей власти, так как сами же избрали ее на выборах.

Но в любом случае легитимность (как признание власти и готовность ей подчиняться) и суверенитет (как неотчуждаемость и источник власти) всегда исходит и признается (или не признается) подвластными, а не властителями. И в этом смысле полноценным суверенитетом не может обладать не только аристократия или олигархия (о чем пишет Холмогоров), но и монарх, - источником суверенитета всегда является тот, кто властью не обладает и кто становится объектом управления - то есть народ. А стало быть, суверенитет аристократии или монарха всегда есть лишь форма отчужденного суверенитета от народа (признаваемого или непризнаваемого), причем относительно монарха это даже более верно, нежели в отношении олигархии или аристократии - в самом деле, правление одного над целым народом еще более загадочно, чем правление меньшинства над большинством. 

Ведь отношение власти-подчинения, в конечном счете, есть отношение воли господствующей и воли подчиненной. И чтобы такие отношения возникли, необходимо, чтобы подчиненный, в некотором смысле, "отрекся своей воли", согласился бы подчиняться другой воле. Но что такое есть это отречение воли отдельного человека, как не отречение от "личного суверенитета"? Но если такое отречение от "личного суверенитета" происходит, то отрекаются уже от того, что есть - то есть от наличествующей воли. А стало быть, любое подчинение есть передача своего суверенитета - добровольная или вынужденная: я передаю свою волю (свой суверенитет) кому-то другому. И если в дальнейшем аристократия или монарх становятся источником всякой власти (становятся суверенами, Верховной властью), то это возможно только в результате отчуждения суверенитетов всех подчиненных - то есть народа. И только при демократии этого отчуждения не происходит, а происходит лишь делегирование властных полномочий - ведь соглашаясь на такую передачу, народ тем не менее сохраняет свою власть над правящими, имея возможность их критиковать, подвергать обструкции, переизбирать или требовать суда над ними в случае искажения его воли (то есть суверенитет остается у народа, и это признается в том числе и управляющей от имени народа властью).    

Таким образом, суверенитет аристократии или монарха - всегда есть лишь форма отчужденного суверенитета от народа, и лишь при демократии такого отчуждения не происходит. При демократии и правящий слой, и глава государства являются лишь управляющей властью, а не верховной, их власть делегирована им народом на выборах, но при этом носителем суверенитета все равно остается народ. При аристократии же и монархии суверенитет народа переходит к аристократии и монарху, а сам народ носителем какого-либо суверенитета уже быть перестает.

И если Холмогоров признает, что аристократия и олигархия могут править только в качестве отчужденного суверенитета, то тем более таким отчужденным суверенитетом (от аристократии или непосредственно от народа) является монарх. Никакого другого "источника" власти и суверенитета у монарха нет, он не может провести отчуждение суверенитета от божества, но может лишь дополнительно легитимировать свою власть, объявив, что является управительной властью божества. Но суверенитет он по-преженему отчуждает от народа, а не от божества. "Божественное происхождение" или Богопомазанность приходят здесь уже задним числом, в качестве дополнительного источника легитимации власти - чаще всего в глазах народа. Но сами по себе они, естественно, никакими "источниками суверенитета" не являются, и в богоспасаемой Византии богопомазанников резали с завидной регулярностью, точно так же, как ранее это делали в Риме с божественнами цезарями.  

Ну, и возвращаясь к вопросу о русском самодержавии. В Европе, как я уже писал, произошло следующее: сначала суверенитет от народа перешел к военной аристократии, затем несколько позднее (и не везде) суверенитет аристократии постепенно перешел к королям, а потом между народом, аристократией и монархией началась всеобщая война за возвращение суверенитета, пока сувереном не был снова признан народ и отдельная личность. В России же суверенитет был передан не военной аристократии, а сразу же монарху - князю Рюриковичу и его роду, причем сделано это было, судя по всему, вполне добровольно. Вот что самое любопытное в этой истории. Соответственно, и отношения между народом, князьями-царями и аристократией (по большей части возникшей из потомства Рюриковичей) складывались совершенно иным образом, определив всю дальнейшую политическую культуру России и весь ее социально-политический ландшафт со всеми ее специфически-русскими особенностями.

Вот об этих особенностях и поговорим. 
Page generated Jul. 23rd, 2017 02:37 am
Powered by Dreamwidth Studios